Приветствую Вас, Гость
Главная » Статьи » Машенька из Мышеловки

Машенька из Мышеловки

А. Родимцев
Генерал-полковник, дважды Герой Советского Союза

Автор повести «Машенька из Мышеловки» — один из славных героев битвы на Волге. Александр Ильич Родимцев — кадровый военный, начавший свои бои с фашизмом юношей на испанской земле. В Великую Отечественную войну он командует бригадой воздушных десантников, знаменитой 13-й гвардейской дивизией, сражавшейся на самом остром участке волжской обороны, и. наконец, стрелковым корпусом.
Документальную повесть Александра Ильича Родимцева читатели оценят по достоинству сами. Мне хочется сказать только об одной стороне дела: воина — жестокая вещь. И когда люди, в подчинении которых находятся тысячи других людей, умеют сохранять на войне настоящую человечность, сохранять любовь к человеку, уважение к нему, понимание его души,— значит, это по-настоящему хорошие люди.
Именно таким человеком является в моих глазах А. И. Родимцев, очень хорошо знавший своих солдат, входивший в их нужды, заботившийся о них в той максимальной мере, в какой это вообще возможно в жесточайшей обстановке войны.
Думаю, что и само стремление Родимцева написать о Маше Боровиченко, о ее жизни, ее подвигах и та удивительная памятливость, с которой он это делает, говорят о его умении видеть, чувствовать, понимать до конца тот высокий труд рядовых тружеников войны, которому нет и не будет цены в венах. Эта повесть — скромный венок, возлагаемый славным героем волжской битвы на могилу одного из героических солдат Отечественной войны, которым Родина наша обязана своей великой победой и своею небывалой воинской славой.
Константин СИМОНОВ

Машенька из Мышеловки
1. Встреча в пути
Я возвращался в Киев из военного лагеря с полевых учений и решил проехать напрямик через лес, хорошо знакомый мне еще со времен Великой Отечественной войны. Признаться, очень хотелось снова взглянуть на эти памятные места: здесь, у столицы Украины, бойцам нашей воздушно-десантной бригады довелось, выполняя приказ командования, стоять насмерть.
Двадцать один год — время, конечно, немалое. Лес за эти годы неузнаваемо изменился. Малые сосенки превратились в высокие деревья, густой березняк у дороги стал очень красивой рощей.
Все же я без особого труда разыскал в высокой траве следы наших блиндажей, и линию окопов, и глубокие воронки от бомб.
Долгие минуты стоял я среди этих засыпанных листьями и хвоей, размытых дождями рытвин и бугорков, и в памяти проносились картины сражений, а где-то близко, за деревьями, как будто перекликались голоса незабываемых фронтовых друзей. На высотке у старой могучей сосны я поднял осколок снаряда. Весь изъеденный ржавчиной, он был колюч и тяжел... Сколько еще здесь было рассеяно такого свирепого, рваного металла! Вот и на мощном стволе сосны зарубцевались три глубоких шрама. Сосна — немая участница великой битвы — простирала над окопами свои ветви, чтобы укрыть наших воинов от смертельного огня.
А теперь она высится на песчаном взгорке, над зеленым раздольем молодого леса как живой памятник тем грозовым дням...
Пожалуй, я слишком увлекся воспоминаниями и не заметил, как стали надвигаться сумерки. До города было еще далеко, а дорога, заброшенная, наверное, со времен войны, готовила неожиданности на каждой сотне метров. Одной из таких неожиданностей оказалась канава, прорытая неведомо когда и кем. Канава была широка, и ветер прикрыл ее прошлогодними листьями Машина с ходу ударилась о противоположную кромку канавы, и мотор заглох.
Шофер Анатолий вышел посмотреть, что случилось. Вдруг в кустах орешника вспыхнул узкий луч фонарика, потом стало слышно, как хрустит под ногами и шумит распахнутая листве ветвей. Где-то совсем близко звонкий голос выкрикнул:
— Передайте на пост: вижу легковую машину!.. Другой, хрипловатый голос откликнулся:
— Есть передать на пост...
— Как видно, лесники,— заметил Анатолий.— Только очень молоды, судя по голосам...
Я тоже вылез из машины и с интересом ждал появления неизвестных лесных жителей. Из темных зарослей орешника, похожих на высокую и длинную скирду, на дорогу, в свет луны одновременно выбрались трое ребят. Все трое были в белых рубашках-теннисках, в трусах, в шляпах, плетенных из соломы. У каждого на груди — красный галстук.
Выглядели все трое ловкими, сильными спортсменами-крепышами, и стояли они, чуточку наклонившись вперед, словно готовились броситься наперегонки. Тот, что стоял посредине, плотный паренек с фонариком в руке, заговорил первым:
— Разрешите обратиться, товарищи гости... Почему вы здесь остановились? Может, вам нужна какая-нибудь помощь?
— Если мы гости,— сказал я,— значит, вы хозяева?
— Да, здесь, за оврагом, пионерский лагерь «Костер»,— четко доложил паренек.— Наш дозорный заметил машину. Почему она остановилась? Как видно, у вас что-то не в порядке?
Мне с первых слов понравился этот бойкий, деловой мальчуган.
— Молодец ваш дозорный! — сказал я, приближаясь к ребятам.— Что ж, давайте знакомиться, лесные молодцы.
Мальчик, стоявший справа, курносый и большеглазый (теперь при свете луны я успел рассмотреть их лица), толкнул локтем товарища и прошептал:
— Смотри-ка... С кем это, Генка, мы встретились! Ну, прямо, как в кино...
А средний, Генка, выпрямился и поднес руку к шляпе.
— Рады приветствовать вас, товарищ генерал, в нашей Стреме тысячи лесных тайн и сокровищ!
— Вот это да! — усмехнулся Анатолий.— Тысяча тайн?..
Я поблагодарил ребят и пожелал им спокойного сна. Однако уходить от нас они не собирались. Рассудительный Генка сказал:
— И до чего же верно в пословице подмечено, что не было бы счастья, так несчастье помогло. Умница ваша машина, и вы ее не ругайте. Сегодня у нас в лагере большой костер. Айда к нам в лагерь)
— Признаться, ребята, в наш распорядок это не входило.
— Так и в наш не входило! — закричали они наперебой.— А теперь вошло! Мы очень вас просим... очень!
— А что касается машины,— заключил Генка,— я оставлю при ней охрану. Если хотите, механика позову. У нас дядя Федор — профессор, по моторам. Он даже в гонках участвовал на приз «Пищевика»... Но, правда, проиграл.
Тут в разговор вступил Анатолий. С машиной произошла какая-то серьезная авария. Он еще не нашел, в чем дело. Ребята сообщили, что в пионерском лагере есть две грузовых машины и временный гараж, а в гараже у дяди Федора полный набор инструментов, яма и тиски
Надеясь на помощь «профессора дяди Федора», мы двинулись в глубь «Страны тысячи лесных тайн и сокровищ», и световые пятна фонариков заплясали у наших ног.
Так нежданно и негаданно я и Анатолий оказались в гостях у пионеров, на широкой лесной поляне, где, мне помнилось, воины нашего соединения отбили четыре яростных атаки врага, где двадцать один год назад вся земля была перепахана снарядами и выжжена огнем, а теперь в городке из палаток бурлила сама юность, сама раздольная, неукротимая жизнь.
Все население парусинового города, от самой малой пионерочки до седеющего педагога, встретило нас с шумным радушием, и одним из первых сокровищ в этой стране чудес была душистая, горячая картошка, испеченная в костре и поданная нам к ужину
А потом мы сидели с ребятами у костра, и пламя то вьюжилось по сухим ветвям, то замирало, и легкие искры кружились над нами, и задумчиво пел баян...
Ребята подхватили песню, и, повторенная лесом, она понеслась далеко над притихшими купами деревьев, над высокими травами полян — до дальней дороги, на которой мы совсем недавно встретили наших молодых друзей.
Как-то легко и просто, совсем без усилия завязалась наша беседа.
В разговоре я случайно назвал два озера, что были неподалеку от нас. Это очень удивило ребят, и они стали многозначительно переглядываться. Шустрый Генка не выдержал, спросил:
— Как же так... Значит, вы там бывали?
А другие ребята засыпали меня десятками вопросов: когда я здесь бывал, почему и зачем и откуда я знаю названия озер и многое другое?
Пришлось рассказать ребятам о битве, которая гремела здесь два десятилетия назад и оставила на деревьях, на земле до сих пор не сглаженные временем шрамы.
Пожалуй, редко доводилось мне встречать слушателей более внимательных и чутких. Затаив дыхание, они жадно ловили каждое слово, и глаза их были широко открыты, а на загорелых лицах, как отражение переживаний, трепетали отблески огня. Двести ребят и девочек замерли вокруг костра: одни лежат, другие сидят, третьи привстали на колени и, опираясь о плечи товарищей, словно бы тянутся к огню.
Я всматриваюсь в их лица, ясные и открытые, полные сосредоточенного внимания и интереса, и мой взгляд невольно останавливается на одном удивительно знакомом лице. Где же я видел эту смуглую девочку, с лицом открытым и добрым, с отброшенной за плечи косой, с большими черными глазами, в которых словно бы затаились удивленно и радость?
Память тотчас же подсказала.
Машенька... Отважная разведчица и санитарка... Машенька из Мышеловки! Нет, я не мог этому поверить. Я знал, что никогда больше не встречу Машеньку, тихую, задумчивую девочку, скромную, трогательно ласковую с нашими ранеными бойцами, непоколебимо отважную на передовой. Да и нашей Машеньке было бы сейчас около сорока лет... Я это отлично знал, но все же не смог сдержаться и спросил:
— Послушай, девочка... Как тебя зовут?
Все обернулись к ней, и она, смущенная, улыбаясь, ответила: — Мое имя Маша...
Я невольно привстал с травы.
— Неужели?!.
— А фамилия Воронок...
— Не удивляйся, Машенька, моим вопросам, — сказал я.— Ты очень похожа на славную нашу фронтовую подругу, которую солдаты и офицеры звали Машенькой из Мышеловки.
Ребята закричали:
— Расскажите о ней! Обязательно расскажите... Я понял: им нельзя было не уступить.
Так родилась эта повесть. Ее подсказали мне пионеры — жители парусинового городка, что раскинулся в чудесной заднепровской «Стране тысячи лесных тайн и сокровищ»...
В самом деле, почему бы не рассказать о Машеньке? Ведь ее жизнь и боевые дела — образец скромности и высокой отваги нашего молодого поколения, которое в годы великих испытаний стояло за Родину насмерть!
Подвиги Александра Матросова, Зои Космодемьянской, Олега Кошевого и его славных друзей, бесстрашных ребят из «Партизанской искры», пионеров-разведчиков, подпольщиков, связных — только частица великого подвига народа.
Многие, очень многие из отважных еще не названы. И не потому, что мы забыли о них. Спросите у любого воина, и он перечислит вам десятки дорогих имен. В памяти народа герои никогда не умирают: каждого из них помнят и чтят боевые товарищи, и даже те, что пали смертью храбрых, словно бы живут среди нас.
Воины 13-й гвардейской дивизии помнят отважную девушку — Машеньку из Мышеловки. Я думаю, что она по праву может занять свое место в бессмертном строю молодых героев.

Журнал Юность 2 февраль 1963 г.

Обработка статьи - промышленный портал Мурманской области

Категория: Машенька из Мышеловки | Добавил: Zagunda (22.04.2012)
Просмотров: 2264 | Рейтинг: 0.0/0