Приветствую Вас, Гость
Главная » Статьи » Пойма

Плач о погибших березах

Я плачу о березах — Голицын откинулся к стене и притушил ресницами разбавленную хмелем синеву глаз. В кафе было жарко накурено. Беспрерывно танцевали. Перевалов танцевал с Анной. Сегодня здесь играл оркестр районного Дома культуры.
— Я плачу о березах — Голицын потянулся, и налил полстакана портвейна — в кафе подавали только портвейн. — А ты завтра уезжаешь. Прощай, Валя.
— Я напишу тебе — улыбнулся Лукашин и потянулся к руке Голицына.
— Прощай, Валя,— сказала вчера женщина возле кургана.
— Я напишу тебе — Лукашин целовал ее руки. Луна стояла над курганом и на желтоватой дорожке, брошенной через Кию, покачивалась лодка.
И белое лицо ее казалось еще белее.
— Письма долго идут,— засмеялась женщина и положила ему голову на грудь.
— Ромашки-и спрятались,— шептала в микрофон девица — Поникли лютики…
Это был гимн кафе. Кафе называлось «Ромашка».
— Я плачу о березах,— сказал Голицын и налил себе портвейна.
Перевалов танцевал с невестой. Лукашин пододвинул свой стул и обнял Голицына за плечи. В кафе стоял шум и песня была едва слышна. Вчера Голицын получил от сестры письмо. Елена писала, что Рашевская развелась с мужем, вернулась в город и спрашивала о нем.
Сегодня Голицын поссорился с Бадаевым. Завтра уезжал Лукашин. Они не то чтобы поссорились с начальником. Просто Голицын говорил с необычной для него резкостью, и из разговора следовало, будто бы в том, что они делают сейчас, есть вина Бадаева. Бадаев глядя в землю, молча выслушал и, сказав коротко «Продолжайте работу»,— пошел к машине.
Голицын встал и пошел танцевать с Анной Перевалов смотрел на них, улыбаясь.
Анна помахала им рукой.
— Который час?— спросил Лукашин, поглядывая на дверь.
— Чего ты? — удивился Перевалов — Девяти еще нет.
— Уже поздно, Дарья — сказал Лукашин, обнял женщину, и они пошли к лодке.
— Куда ты? — спросил он, когда Дарья развернула лодку вверх по течению.
— Молчи! — шепотом приказала женщина, сильно огребая веслом. Глаза ее странно светились.
Лукашин молчал.
Музыка умолкла, и Голицын подвел даму к столу. Глаза Анны смеялись.
— Замучили они меня — сказала она Лукашину, обмахиваясь рукой — Хорошо, что вы не танцуете, а то бы втроем меня до стола не допускали. Коля, выйдем освежимся, а?
— Когда школьником, потом студентом мне приходилось выезжать за город,— говорил Голицын — я радовался каждой травинке, каждой зеленой веточке. А теперь я своей властью могу вырывать и сбрасывать в овраги сотни берез. Но власти моей не хватает, чтобы приостановить это. Такая береза росла много-много лет, а корчеватель за какие-то минуты выворачивал ее из земли и сбрасывал в овраг.
— А куда их,— наметил представитель института «Гипроводхоз», сворачивая схему. Института, работники которого вели здесь изыскания и готовили всю документацию по освоению пойменных земель. — И хорошо, что овраги. На дрова березы не пойдут — суковатые, делать в конце понос завалы — вам же впредь лишняя работа. Остается одно — овраги.
— Японцев бы сюда,— сказал резко Голицын — Они бы эти сучки, веточки в нейлон превратили. А нам и на дрова не годятся. Сотни гектаров одних только берез. Богаты слишком.
— Продолжайте работать,— сказал молчавший все время Бадаев и пошел к машине. В машине он продолжал мысленно разговаривать с Голицыным. Ему самому было жаль берез, но и земля была нужна. И о том, что будут вести раскорчевку, они знали заранее, не знали только — в каких местах. До того, как все началось, здесь работали изыскатели-проектировщики, были произведены необходимые съёмки, составлены схемы, карты другая нужная документация. Все это давно прошло определенные ступени, было подписано, утверждено повторялось неоднократно в докладах на различных собраниях и совещаниях, были спущены деньги, машина работала и Бадаев не в силах изменить что-либо. Он понимал что, раскорчевывая сотни гектаров, которые постепенно перерастают в тысячи они в какой-то мере нарушают природный режим, думал о поколениях, которым придется жить не где либо, а вот на этих местах. И кто знает, не придется ли им на месте нынешних корчевок заново высаживать деревья. Он, Бадаев, сейчас мог только отдать распоряжение, чтобы всюду возле домов колонны высаживали кусты.
Зная это, глядя, как сбрасывают в овраг березы, Голицын сказал:
— Столетние корни рвем, а прутики высаживаем. Ну хорошо, коль скоро есть такая необходимость вести раскорчевку — пусть. Но деревья-то можно где-либо использовать.
Бадаев думал об этом. Те березы, что помоложе и поровнее, рабочие колонны и жители ближайших деревень пилили на дрова. Но эти старые суковатые березы на дрова не годились. Из них и топорище нельзя было сделать. И тогда Голицын сказал о нейлоне, о безалаберности бесхозяйственности и многом другом. Говорил непривычно зло и Бадаев видел, что он расстроен. Конечно, существовала химия, и что-то полезное можно было бы все-таки сделать из этих берез, тех которые давно сброшены в овраг и тех которые будут сброшены. Но когда Бадаев представил себе договоры с различными организациями, погрузку, транспортировку выгрузку и все остальное, что с этим будет связано, он только вздохнул и махнул рукой.
— Сидите здесь в дыму,— сказала Анна, опускаясь рядом с Лукашиным. — А на улице что деется. Теплынь луна, светло — хоть иголки собирай. Правда, Коля?
— Полнолуние — Перевалов расставлял стаканы — Свет луны во все концы,— сказал он и рассмеялся. Читать стихи Николай научился у Голицына. — За твой отъезд, Валя. — Он поднял стакан. — Чтоб не забывал нас.
— Давайте — Лукашин чокнулся со всеми и поглядел в окно.
Луна показалась, и Лукашин узнал место. Дарья прыгнула из лодки и пошла по траве, нагибаясь, срывая цветы. Тепло было, и видно, потому так пахли травы Лукашин сидел в лодке. «Оттолкнуться, уплыть»,— подумал он.
— Валя! — дошло до него. Женщина стояла среди поляны, но голос ее был едва слышен — Иди-и!
— Нет — сказал Лукашин — Нет! — И пошел туда, путаясь в траве слабеющими ногами. «Зачем, ведь мне скоро уезжать»,— неясно подумал он.
— Я тоже скоро уеду,— продолжал Голицын. — Начало здесь положено я сделал все, что требовалось от меня, может, даже чуточку больше. Я хочу взять многодневный отпуск без содержания. Много свободных дней. Чтобы посидеть с товарищами в кафе «Валдай» на Калининском, послушать их, попить сухого вина. Я хочу на вечера поэзии. Вышел сборник Вознесенского, а я так и не видел его. А потом уговорить ее уехать в Карелию. Ты не был в Карелии Валя? Там чудесно. Если я не могу поехать в Памплону, чтобы посмотреть бои быков, я поеду в Карелию. А ты не лукавь и не сюсюкай. Помнишь «И горько жалуюсь и горько слезы лью, но строк, печальных не смываю».
— Посмотри, какая я красива? — Дарья скинула на траву платье — Ты никогда не видел таких красивых женщин.
Она повернулась к Лукашину, отбрасывая за спину волосы. Лунный свет струился вокруг ее ног.
— Все женщины рода Ладыгейча были красавицами — Дарья говорила явственным шепотом — Но я краше их. Я последняя женщина рода.
Она встала на колени, потом опустилась на траву.
— Иди-и, — потянула она руки — На этом месте я родилась. На этом месте я хочу зачать сына.
— Боже мой, что это с луной сегодня? — Лукашин задыхался от запаха трав. И тоже встал на колени.
Голицын встал и покачнулся. Лукашин вывел его на воздух. Было удивительно светло и тихо
— Иди,— сказал Голицын — Дай мне побыть одному.
Он прислонился к стене, откинул голову и стал глубоко дышать. Лукашин вернулся к столу. Перевалов с Анной сидели рядом, глядя друг на друга.
— Давайте выпьем — Лукашин разлил портвейн — Как ваша подруга Нюша? — спросил он Анну.
— О-о! — засмеялась Анна — Они теперь ходят каждый вечер в кино, а вчера Коля подарит ей «Тройной одеколон».
Оркестр опять заиграл, пары вставали, с шумом отодвигая стулья. Становилось тесно. Перевалов вышел к Голицыну «Боже мой, как долго тянется вечер» — подумал Лукашин оглядываясь. Ему показалось, что возле дверей кто-то стоит прислонясь к косяку. Посмотрел еще раз — незнакомая девушка.
— Дарья не придет — сказала Анна — Она просила передать тебе вот это,— вынула из сумки и подала скрытую в узком чехле из потертой оленьей шкуры старую трубку. — Она сказана, что трубка принесет тебе много удач в жизни.
Вошел Голицын, он был бледен.
— Идемте, — поднялся Лукашин, опуская трубку в карман — Поздно уже.
Пошли, проталкиваясь между танцующими.
Стали прощаться.
Лукашин обнял Голицына, Анну, еще раз Голицына. С Переваловым простились коротко, тот обещал заехать утром, чтобы до работы отвезти Лукашина к железнодорожной станции
С Бадаевым Лукашин простился Днем, обещая приехать в сентябре.
В сентябре на Чулым-реке желтели, опадали леса.
Колонной по-прежнему руководил Бадаев. В одну из трудных ночей он составил завещание, в котором просил в случае его смерти библиотеку передать новому поселку избу и утварь — сестре, а с ним положить портрет Петра.
Работали все три участка. На третьем сдали первый порядок домов. Перевалов с Анной получили квартиру и в ноябре у них намечалась свадьба.
И еще одна свадьба должна была состояться по осени. Голицын получил письмо, а через несколько дней приехала и сама Рашевская. Голицын подал на расчет и вскоре они уехали.
Дарья заметно изменилась, притихла, по вечерам она часто приходила к кургану, сидела у подножия, глядя, как по Кии плывут листья.
Один раз она плавала в лодке по Чети.
Вечерами, укладываясь в постель, старалась лечь поудобнее... И перед тем как уснуть, подолгу прислушивалась к чему-то внутри себя.
А Лукашин жил в городе. От жены ничего не было, и он ей не писал, посылал лишь деньги. С началом дождей он сел за работу, иногда ему работалось хорошо, иной раз целыми днями он не мог ничего делать. В предчувствии тоски Лукашин стал вспоминать женщин, которым нравился когда-то и которые хотели быть с ним. Но все они давно уже стали матерями, и писать им было бесполезно. Оставалась еще Татьяна Сергеевна, с которой он дружил все годы учебы и которая жила теперь где-то на берегах Каспия. Он написал ей, и она ответила.
Она писала, что все хорошо, она здорова, рада была получить от него весть, дела ее идут — она поступила заочно в театральный, а в ноябре собирается замуж за журналиста
И в зиму Лукашин остался один.
Осень зима 1975 г. Томск

Журнал «Юность» № 3 март 1976 г.

Обработка статьи - промышленный портал Мурманской области

Категория: Пойма | Добавил: Zagunda (11.05.2012)
Просмотров: 964 | Рейтинг: 0.0/0